takoe_nebo (takoe_nebo) wrote,
takoe_nebo
takoe_nebo

Categories:

Блокада Петрограда и блокада Ленинграда

В длинном списке преступлений коммунистов "блокада Ленинграда" общеизвестна. Меньше знают о гораздо более кровавой и страшной блокаде Петрограда в 1918-1921 годах.

7 сентября 1918 г. выступая на седьмой общегородской партийной конференции хозяин Петрограда и ближайший сортаник УльяноваЛенина Г.Е.Зиновьев сказал: «Мы должны увлечь за собой 90 миллионов из ста, населяющих Советскую Россию. С остальными нельзя говорить — их надо уничтожить <…>».

Неоценимую помощь в устранении лишних десятков миллионов мог оказать искусственно созданный голод. Голод всегда был надежным союзником большевиков. Но одного союзника было мало, поэтому в Петрограде они развернули тотальный террор, какого в ту пору не было нигде в России. 26 июня 1918 года Ленин писал своему петроградскому наместнику: "Тов. Зиновьев! Время архивоенное. Надо поощрять энергию и массовидность террора против контрреволюционеров, и особенно в Питере, пример коего решает. Привет! Ленин".

Руководство города и местная ЧК с готовностью откликнулись на призыв вождя. Трудовой люд Петрограда Зиновьев взбодрил не скудным хлебным пайком, но удовлетворением мстительных чувств. В середине сентября 1918 г. он внес предложение вооружить рабочих и предоставить им право самосуда. Четвертый по счету председатель ПЧК Николай Кириллович Антипов не поддержал зиновьевского предложения, и в результате провел на своем посту всего 15 дней.

При широком использовании системы заложничества, мифических заговоров, судов, вершивших делопроизводство на скорую руку, исходя исключительно из интересов "революционной законности", - в 1918-1921 годах в Петрограде были расстреляны сотни тысяч горожан. Расстреливали сословиями, семьями, домами, дворами и улицами. Целые кварталы города вымерли.

Фактически вымирание северной столицы было организовано "красной" властью, чтобы избавиться от "нежелательных элементов" и сломить оставшихся, ведь хронически голодный человек становится настолько апатичным и равнодушным, что готов покориться своей судьбе и за хлебную корку продаст душу хоть дьяволу. Как писал "вождь мирового пролетариата":
«Хлебная монополия, хлебная карточка, всеобщая трудовая повинность являются в руках пролетарского государства, в руках полновластных Советов, самым могучим средством учета и контроля, таким средством, которое, будучи распространено на капиталистов и на богатых вообще, будучи применено к ним рабочими, даст невиданную еще в истории силу „приведения в движение“ государственного аппарата, для преодоления сопротивления капиталистов, для подчинения их пролетарскому государству. Это средство контроля и принуждения к труду посильнее законов конвента и его гильотины. Гильотина только запугивала, только сламывала активное сопротивление. Нам этого мало…» В.И.Ленин

В течение всей Гражданской войны Петроград ни разу не был взят в кольцо какими-либо войсками. И все же блокада действительно была. Ее установили новые хозяева города — большевики. Внешнее кольцо этой блокады составляли заградотряды, которые арестовывали всех, кто пытался в частном порядке провезти в Питер любые продукты. Коммунисты объявили так называемых "мешочников" вне закона, и облавы на них велись повсюду.

Не менее страшно было и внутреннее кольцо, в котором оказался почти каждый петроградец: постоянные обыски, реквизиции любых мало-мальски ценных вещей, незаконные аресты и, конечно же, голод. Уже в конце мая 1918 года Петросовет принял постановление о так называемом "классовом пайке". Отныне все жители города разделялись на четыре категории. Рабочим полагалось по 1/2 фунта хлеба в сутки, служащим - 1/4 фунта; "лицам не рабочим и не служащим, живущим своим трудом", - 1/8 фунта, и, наконец, "нетрудовым элементам" - 1/16 (фунт = 409 г). Размер пайков менялся в зависимости от ситуации, их могли и вообще не выдать. Были случаи, когда даже рабочим выдавали по 1/8 фунта (51 г), что вызвало массовые забастовки.

Сокращение зиновьевским руководством города хлебного пайка до 1/8 фунта стало сильнейшим толчком к росту забастовок петроградских рабочих.

К весне 1919 г. обстановка в Петрограде стала невыносимой. От голода и холода в городе каждый день умирали сотни человек. Улицы были загажены, и разлагающиеся трупы лошадей испускали зловоние.

О том, каково было летом 1918 г. положение с хлебом, рассказывают современники: «По моим наблюдениям, в мае 1918 г. в Питере редко можно было видеть лошадей, часть их была съедена, часть — подохла... К этому времени я не помню, чтобы где-нибудь встречал кошку или собаку: предприимчивые люди и их использовали...»

Расчеты, сделанные Наркомпродом, показывали, что в этой ситуации в Москве и Петрограде на одного человека придется лишь 3 фунта хлеба (1 кг 200 г) в месяц, да и то лишь за счет полной выкачки зерна в потребляющих центральных губерниях.

Закономерно поэтому, что весной 1919 г. рабочие Петрограда постоянно бастовали, требуя увеличения хлебного пайка, свободного выезда и въезда в город. «Забастовочная волна разлилась в более широком масштабе, — информировала Зиновьева Петроградская ЧК, — захватила 17 предприятий, охватила все районы города. Кроме ранее выставляемых экономических лозунгов предъявлялись новые требования, как то «прекращение гражданской войны», «долой смертную казнь», «не давать помощи фронту» и т. д.».

Именно в тот период встали трамваи, забастовали рабочие Николаевской и Северо-Западной железных дорог, в Рождественском трамвайном парке была попытка вооруженного выступления против красноармейцев коммунистического отряда. 6 марта 1919 г. рабочие выступили с протестом против уменьшения хлебного пайка. На митинге была избрана делегация, которая направилась к Зиновьеву в Смольный. Там ее, естественно, арестовали, а на завод срочно выехал сам Зиновьев. Будучи, по выражению Федора Раскольникова, великолепным агитатором-массовиком с сильной демагогической жилкой, Григорий Евсеевич надеялся, выступив с очередной революционной речью, успокоить рабочих. Но не тут-то было: забастовщики, узнав об аресте делегатов, не стали слушать Зиновьева, задержали его и потребовали освободить арестованных путиловцев. Естественно, что обмен пленными состоялся незамедлительно.

Куприн А.И. “Купол святого Исаакия Далматского”: «К середине 19-го года мы все, обыватели, незаметно впадали в тихое равнодушие, в усталую сонливость. Умирали от постоянного недоедания. Смотришь, бывало, в трамвае примостился в уголке утлый преждевременный старичок и тихо заснул с покорной улыбкой на иссохших губах. Станция. Время выходить. Подходит к нему кондукторша, а он мертв. Так мы и засыпали на полпути у стен домов, на скамеечках в скверах».

О жутком положении в Петрограде лучше всего свидетельствуют слова самого Зиновьева, который 13 апреля 1919 г. на заседании ЦК РКП(б) откровенно признавался: «Положение рабочих в Петрограде катастрофическое, смертность от голода в больницах составляет 33 %, заработная плата упала за последнее время на 30 %».

Что же вызывало эту катастрофу? Прежде всего, искусственно созданная внутренняя блокада Петрограда, когда с помощью заградительных отрядов, окружавших город, пресекалось всякое нелегальное снабжение горожан продовольствием. Конечно же, с революционных позиций можно было бы утверждать, что спекулянты-мешочники подкормили бы лишь остатки господствующих классов, у которых сохранялись предметы ширпотреба, столь интересные для выходцев из деревни. У неимущих же слоев населения ничего интересного для мешочников и быть не могло.

Тем не менее в марте 1921 г. на заводских собраниях в Петрограде рабочие стали требовать ликвидации зиновьевских заградительных отрядов, которые так успешно боролись с мешочниками. Изголодавшиеся люди, прежде всего, хотели свободной торговли, равного для всех распределения продуктов и уж во вторую очередь «демократических» свобод и перевыборов Советов. Слухи о волнениях петроградских фабрик и заводов дошли до матросов Кронштадтской морской базы, среди которых было много крестьян, лишь недавно пришедших на флот. 25 февраля 1921 г. на линейном корабле «Севастополь» состоялось общее собрание команды, которая решила послать в Петроград делегацию «для выявления причин волнений на фабриках и заводах». Такое же постановление 26 февраля вынесла и команда линейного корабля «Петропавловск».

1 марта вожаки начавшегося движения созвали матросов морской базы и морских частей на Якорную площадь для участия в митинге «беспартийных моряков». На митинг для увещевания матросов приехал М.И. Калинин. Митинг однако его увещеваниям не поддался. Была принята очень жесткая резолюция – платформа будущего Кронштадтского восстания.

На следующий день местные советские власти, стремившиеся мирно урегулировать конфликт, предложили устроить совещание от команд кораблей и предприятий Кронштадта. Предполагалось обсудить выдвинутое на митинге требование о перевыборах Совета. Однако провокационный слух, будто бы против собравшихся движется отряд «в две тысячи человек», возбудил людей, и собравшиеся делегаты под руководством писаря с линкора «Петропавловский» С.М. Петриченко тут же арестовали комиссара Балтийского флота Н.Н. Кузьмина и председателя Кронштадтского совета П.Д. Васильева. Решили создать некий комитет, который бы начавшимся движением руководил. Комитет этот в составе пяти человек отправился на линейный корабль «Петропавловск», ставший штабом восстания. А 3 марта в заседании комитета уже приняли участие начальник артиллерии Кронштадтской крепости генерал Козловский и некоторые офицеры, которые впоследствии и составили «штаб обороны».

Пройдет некоторое время и Л.Д. Троцкий обвинит Зиновьева в том, что он сам спровоцировал мятеж без всякой на то нужды. Думается, что у председателя Реввоенсовета, возглавлявшего подавление кронштадтского восстания, для таких утверждений были достаточные основания.

Как известно, первая атака Кронштадта, предпринятая в ночь на 8 марта, не увенчалась успехом. А вот 17 марта после мощной артиллерийской подготовки части 7-й армии Тухачевского вновь двинулись по льду на штурм. К утру 18 марта город был взят. Последующие события, связанные с массовыми расстрелами одной части восставших и благополучным исходом в Финляндию многих других, не должны, однако, сегодня рассматриваться как их полное поражение. Кронштадтское восстание объективно привело к крушению политики «военного коммунизма», которая в зиновьевском исполнении означала в Питере лишь искусственно организованную блокаду города заградотрядами, которую проще всего было бы назвать «голодомор».

Чтобы показать, что столь жесткое определение не является перехлестом историка, желающего, как сейчас модно, опорочить советский период нашей истории, сошлюсь на свидетельство самого организатора питерского голодомора. 13 апреля 1921 г., выступая на общегородском совещании представителей фабрик и заводов, Зиновьев признал: «Да, товарищи, в Советской России живется очень туго, о Петрограде нечего и говорить — нигде кладбища не росли так быстро, как в Петрограде, вы не найдете здесь ни одной рабочей семьи, у которой смерть не вырвала бы кого-нибудь за последние годы».

В 1933 году, во время нового страшного голода с многомиллионной смертностью, Сталин выступал с речью на 1-м Всесоюзном съезде колхозников-ударников и так уговаривал их потерпеть очередные "временные трудности": "Во всяком случае, в сравнении с теми трудностями, которые пережили рабочие лет 10−15 тому назад, ваши нынешние трудности, товарищи колхозники, кажутся детской игрушкой. ... Вы знаете, чего стоили эти достижения рабочим Ленинграда и Москвы, какие лишения пережили они для того, чтобы добиться, наконец, этих достижений? Я мог бы вам рассказать некоторые факты из жизни рабочих в 1918 году, когда целыми неделями не выдавали рабочим ни куска хлеба, не говоря уже о мясе и прочих продуктах питания. Лучшими временами считались тогда те дни, когда удавалось выдавать рабочим Ленинграда и Москвы по восьмушке фунта чёрного хлеба и то наполовину со жмыхами. И это продолжалось не месяц и не полгода, а целых два года."

Уже весной 1918 в Петрограде норма хлеба, выдаваемого по карточке, была меньше будущих печально знаменитых "блокадных" 125 грамм. В СССР усердно распиарили те самые 125 грамм, но "забыли" рассказать народу, что в апреле 1918 рабочие Петрограда получали 50 г. хлеба, и то не каждый день. С учетом знания того, что творилось в блокадном Ленинграде можно представить уровень происходящего в Петрограде в 1918г.

Сочетание тотального террора с массовым голодомором стоили Петрограду жизней 2 млн человек. Это больше, чем потери в блокаду Ленинграда, которую мы рассмотрим в другой статье.

Материалы по теме блокады Петрограда
https://fluffyduck2.livejournal.com/1006057.html
https://historical-fact.livejournal.com/280284.html
http://konkir.ru/articles/zhurnal-konkurenciya-i-rynok/my-dolzhny-uvlech-za-soboy-90-millionov-iz-sta
https://nampuom-pycu.livejournal.com/372024.html
https://von-hoffmann.livejournal.com/608733.html

Tags: Своё, красный террор, преступления коммунистов
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 5 comments